Еще в прошлом году на восемнадцатилетие подарили мы с женой племяшке видак. Имя его было Тошиба. На тот момент круче такого подарка могли бы быть лишь горы Кавказа. О том, как эта теперь уже взрослая детинушка целовала нас с женой, даже и рассказывать не стоит. С тех пор это у неё любимая игрушка.

Приехал к тёще поработать. Как-то последнее время не получается просто приехать погостить. Года два назад она похоронила мужа, а куда в частном доме одинокой женщине? Правда с ней живут её дочь и внучка Юлька, которой мы и дарили видик на день рождения. Да что от баб толку. Тёща ещё не совсем пожилого возраста, едва за полтинник завернуло. Но коли всё в одни руки, то и не справится.

Поработали, помылись в бане, поели. Юлька позвала видик посмотреть. Они я тёщей ушли, а я ещё докурил на крылечке и тоже пошёл. Юлька на своей кровати лежит, тёща сидит у неё в ногах, а мне куда? Тёща шуганула внучку, чтобы та подвинулась, уступила мемто крёстному, то есть мне. Юлька завозгудала

— Ба, я из-за него ничего не увижу.

— Не ори. Дай я к стенке лягу, а ты на краю. К тому же я боюсь, что придёт серенький волчок.

— Какой?

— Серенький и за бочок хапнет.

Схватил Юльку за бок, изобразил, что сейчас укушу. Она взвизгнула, подскочила

— Крёстный, блин! Хорош прикалываться. Я и так подвинусь.

Завалился за племяшку, заворочался, укладываясь удобнее. Она опять недовольна.

— Крёстный, я так упаду!

— Прижми ко мне свою тощую задницу, а я тебя обниму.

— Она у меня не тощая.

— Да? А какая? Не тощая у матери. У бабули вон. А ты всё диетствуешь. Ню-ню!

Крёстный, не мешай смотреть!

На экране мелькали герои, руконожествуя и голыми руками и ногами убивающие злодеев пачками, раскладывая их на право и на лево. А! Ух! Бах! Трах! Тарарах! Наши победили! Ура, мы ломим, гнутся шведы! Хотя это из другой оперы. Тёща посидела с нами, поморгала глазками на сие непотребство, пару раз спросила где же наши, плюнула и пошла спать.

— Ба, свет погаси.

Тёща щёлкнула выключателем и комнату теперь освещал лишь экран телевизора. Полежали ещё немного. Откуда-то раздался храп. А, это же тёщенька милая прикидывается мужиком, храпит во всю мочь. Её комната от Юлькиной спальни далеко, а всё слышно.

Кто строил этот дом теперь и не узнаешь. Неизвестный строитель выделил кухню и две спальни, а остальные четыре комнаты расположил трамвайчиком. Вроде бы и места до хрена, а спрятаться, кроме двух комнат, и негде. Только тёща спит в закутке, если можно так назвать отдельную спальню. Да Юлька отвоевала у матери комнату, когда собиралась вроде бы выходить замуж. Что-то не срослось.

Юлькка спрашивает

— Крёстный, тебе не надоело?

— Что?

— Кино это.

— Остопиздело, если честно.

— А что поставить?

— Да хоть что, только не этих каратистов.

— Мультики?

Мультики смотрят и дети и взрослые. И неизвестно кто получает большее наслаждение.

— Давай.

И в темноте комнаты даже не заметил хитрое выражение её морды лица, сучки такой. А она заменила кассету, легла на кровать, прижав ко мне свою попу и пультом включила магнитофон. На экране показался какой-то ангелочек с голой писькой, что-то прочирикал и пустил стрелу. Начался мультик. Белоснежка…Хм…Ничего мультик, видел уже. За кадром раздался гундявый голос переводчика. Бля, Белоснежка да не та! На экране эту самую красавицу все семь гномов имели в разных позах и в разные дыры. А у меня в шортах творилось что-то невообразимое. Крестница молча смотрела фильм, сама всё плотнее и плотнее прижималась ко мне задом.И трётся при этом, будто не чует, сучка, что у дядьки в штанах. А мне и отодвинуться некуда, позади меня, как позади героев, только стена.

И всё это молча, будто так и надо. Потом берёт мою руку, которой я обнимал её за животик и себе на титьку тянет. Я попробовал убрать, вдруг ошибся ребёнок, а она назад её, на титечку. Хоть и через ткань халата, а чувствую на груди сосок, чувствую, как он напрягся. Вот только не возьму в толк, чего же девушка хочет. Неужто намекает на что-то? А на что? Не думаю, что она горит желанием лечь под крёстного. Просто подразнить, за титечки потискать. А она руку свою опустила себе на бедро и полу халатика буквально по сантиметру вверх тянет. Твою же дивизию! На ней нет трусиков. Она после бани просто не надела их, как и лифчик. И теперь она тёрлась о меня уже своей голой попой.

А я чую, что ласкаю уже не ткань халата, а голую титечку с отвердевшим соском. И когда она успела халат расстегнуть? Или это я сделал? А Юлька всё трётся своей попой об меня. То ли задница чешется? А почему она не хочет рукой почесать? Я что, чесалка? А Юлька мою руку вниз тянет, по животику, к лобку. Нет, она просто волшебница. Так быстро расстегнуть халат не может простая смертная женщина. Чую под рукой волосики на лобке. Начал их перебирать, гладить. А Юлька ножку приподнимает и толкает мою руку дальше, туда, где тепло и сыро.

Я же с детства мерзлячий и потому тепло люблю. Да ещё такое. Начал играть пальчиками меж половых губок, выискивая что-то. Видимо нашёл, потому что девочка вздрогнула и что-то простонала-проговорила. А её рука, просто невероятно какая она у неё гибкая, зашарила по поясу моих шорт, расстегнула замок и начала их стягивать. Хватило совести помочь, приподняв задницу и свободной рукой стянув штанишки. Юлька взяла в руку хуй, провела рукой по нему вверх, потом вниз, снова вверх.

Нащупав головку, начала её исследовать пальчиками, даже попыталась раздвинуть отверстие на конце самой залупы. Удовлетворившись пальпированным предметом, начала водить головкой меж губок. Я с другой стороны продолжил исследование её пизды. А Юлька водит головкой меж губ, то прижимая в известных ей местах, то продолжая водить. Точно у неё что-то чешется, и явно не задница. А она поводила, поводила и раз, уже насадилась. То есть каким-то неуловимо быстрым движением просто затолкала головку себе в пизду.

А следом за ней вошло и всё остальное. Да так плотно, что ягодицы прижались к лобку. Полежав немного, изогнулась так, что голова свесилась с кровати и начала двигать попой мне навстречу. Что оставалось делать мне? Только отбиваться. Юлька толкает свою задницу ко мне, я отталкиваю обратно. От этих толчков ее голова, свесившаяся с кровати, болталась во все стороны. Юлька то ли стонала, то ли мычала, то ли просто ей что-то не нравилось. Того и гляди совсем с кровати свалится. Чтобы она не упала, удерживал её за бёдра.

Нет, у Юльки точно чесалась не попа. Другое чесалось. А я, получается, почесал. Юлька застонала, простонала что-то типа Ы-ыы, а её пизда просигналила мне, своим сжатием и судорожными содроганиями, что она всё, что она кончила, получила оргазм. Дав возможность успокоиться девушке, шевельнулся. Она шевельнулась навстречу. За всё время наших шевелений впервые произнесла

— Кончай, крёстный.

Я вновь шевельнулся, стараясь сунуть торчащую дубинку подальше в пизду. А она добавляет

— Только, когда кончать будешь, предупреди. Ладно?

— Ладно. А зачем?

— Просто предупреди.

— Хорошо.

Закачался, толкая Юльку. Теперь уже она отталкивала меня задом. наши движения ускорялись и ускорялись. Вскоре почувствовал, что вот прямо сейчас кончу.

— Юль! Юлькаааа!!!

Какой-то вихрь сорвал Юльку с кровати. Непостижимым образом извернувшись в полёте, оказалась на коленях прямо напротив моего почти что живота. И тут же головка оказалась у неё во рту. Пара-тройка движений рукой, несколько сосательных движений и взрыв вулкана. Струи спермы ударили в Юлькин рот. Она торопливо глотала. Проглотив всё, что исторгала из себя головка, пососала ещё, вытягивая остатки спермы, как мне показалось, из самых яиц, выпустила изо рта головку, вытерла уголки губ пальцем, облизала его и,притянув к себе мою голову, крепко поцеловала в губы. Её губы пахли спермой, но были умелыми и вкусными. Как и её язык.

А потом Юлька встала, принесла простыню и укрыла меня. Одну за одной застегнула пуговицы халата, легла рядом, прижавшись, прикрылась. Прижал её к себе. А на экране уже какое-то чудище ебёт очередную красавицу, а в этом ему помогали все дворцовые предметы: веники, тарелки, чайники и даже какой-то подсвечник с горящей свечкой. И как только на пизде волосы не спалил?

— Крёстный, будешь смотреть?

— Ага.

Смотрим дальше. Думал, что Юлька после оргазма прикемарит, а она даже и не думает. Через некоторое время вновь начала тереться голой попой об меня. А я ведь тоже голышом лежу. А попа у крестницы голая по той простой причине, что я самолично задрал ей халат, предпочитая ощущать не бездушную ткань, а молоденькую кожу.

— Юль, а ты бабуле эти мультики не показывала?

— нет.

— А ты покажи. Только без меня.

— Почему?

— А при мне она постесняется смотреть. А ещё лучше вставь сразу в видик. Она включает его сама?

— Да.

— Вот и посмотрит. — Я гаденько захихикал. — Заодно и подрочит.

Да она старая.

— Кто? Тёща? Дура ты, Юлька. В её возрасте толькодавай. Вот доживёшь до её лет, узнаешь. Сделаешь?

— Ага. Интересно бы посмотреть. Крёстный, а ты бы бабушку мог…Ну это…

— Выебать? Да запросто. Юль, она в кровати ещё тебя может поучить. Опыт с годами набирается.

Разговариваем, а Юлькина задница вновь начала чесаться и она, не найдя лучшего предмета, о который можно почесаться, чешет её о мой живот и то, что ниже.

— Юлька, не трись.

— Почему?

— Снова глотать будешь.

— Крёстный, а ты сможешь? Да? А глотать не буду, у меня презервативы есть.

— Так чего лежишь? Принеси заранее. И посмотри, спит ли бабуля.

Юлька отчиталась о выполнении распоряжений. Бабуля сопит в две норки, презервативы вот они, под матрасом с самого краешка. А сама она сейчас ляжет, вот только посетит одно место. Мне самому не помешало бы то же самое место посетить. Пришлось шорты натягивать.

После посещения того самого места улеглись досматривать мультик. Хуй принял почти что боевое положение и Юлька нарядила его в резиновый плащ.Заранее, чтобы потом не отвлекаться.

Гибкая у меня крестница. Так закинуть ножку, лёжа на боку, аж на дядькину задницу, надо уметь. И млеть, получая толчки от дяди в пизду.

— Юль, а Юль

— Ну-у че-его?

Лениво, голосом сытой кошки.

— Как ты думаешь, я мужик или нет?

Юлька аж замерла от неожиданного вопроса

— Мужик, конечно.

— А мужик должен отдавать долги?

— Думаю, что да. А в чём дело?

Молча слез с кровати, покинув на время гостеприимную пизду племяшки, развернул её поперёк кровати, взялся за щиколотки и согнул ей ноги, разведя их в стороны.

— Юль, разведи рукой губки и подержи их. Ага, так.

Наклонился, понюхал, лизнул раскрывшийся бутон, всосал в себя малые губы. Сразу с клитором.

— Крёстный! Ой, крёстный! Крёстныыыыйййй!!!

ero-rasskaz.ruЭротический случайЕще в прошлом году на восемнадцатилетие подарили мы с женой племяшке видак. Имя его было Тошиба. На тот момент круче такого подарка могли бы быть лишь горы Кавказа. О том, как эта теперь уже взрослая детинушка целовала нас с женой, даже и рассказывать не стоит. С тех пор это...Лучшие эротические рассказы и пopнo клипы